|
У входа в Двадцатиколонный Зал
Нового Эрмитажа находится
мраморная доска, на которой написано на русском, итальянском и английском языках: «Двадцатиколонный Зал. Реставрация финансирована Конфиндустрией - Конфедерацией Итальянских Промышленников в честь Трехсотлетнего Юбилея Города Санкт-Петербурга».
 Комплексная реставрация Двадцатиколонного Зала проводилась (реставрационной) фирмой «Возрождение Петербурга» в течение 8 месяцев с августа 2003 по март 2004 года. Действительно, реставрационные работы были выполнены благодаря финансовой поддержки Конфиндустрии Италии. В марте 2004 года реставрационные работы с успехом завершились, и двери Двадцатиколонного Зала распахнулись для огромного числа посетителей Эрмитажа. Наконец, можно полюбоваться прекрасной коллекцией керамических ваз, мраморным наборным полом, строгими «монолитными» колоннами Сердобольского гранита, росписью стен и потолка. Многочисленные аварийные участки, трещины и утраченные уникальные элементы мозаики и вспученная в некоторых местах поверхность пола были восстановлены за очень короткий период времени. Сильно разрушенные фрагменты мозаичного пола были полностью заменены новыми, при этом, были уложены десятки тысяч элементов размером 9х9 мм. Реставрация Зала потребовала от специалистов фирмы «Возрождение Петербурга» терпения и квалифицированного ведения реставрационных работ.
Мрамор, как в бытность, привозили из Всемирноизвестных итальянских месторождений: Каррара и Сиена (Область Тосканы). Кроме того, была осуществлена реставрация витрин и модернизация осветительной системы. Некоторые эксперты считают, что современная осветительная система (яркий повсеместный свет в зале) позволил « представить знаменитую коллекцию Греко Этрусских Ваз в обновленном историческом интерьере».
Мнение же других экспертов сводится к тому, что «слегка затемненные росписи и могильная тишина, которые создавали мистическое ощущение древности, т.е. присутствия в богатом этрусском склепе, утратили свой эффект (были утрачены). Желание побывать и постоять у витрин, наполненных керамическими вазами, в Двадцатиколонном Зале сохраняется у тысяч посетителей Нового Эрмитажа и туристов, приезжающих в Санкт Петербург и жителей Прекрасного Города Санкт Петербурга несмотря на то, что их мнения совпадают или не совпадают с мнениями экспертов об осветительной системе Зала.
Необходимо напомнить историю создания Двадцатиколонного Зала и имена Архитекторов: Лео Фон Кленце и В.П.Стасова, которые трудились в то время над созданием первого общедоступного Художественного Музея - Нового Эрмитажа.
В 1852 году было завершено строительство Нового Эрмитажа знаменитое здание «С АТЛАНТАМИ». Музей был открыт для посещения по Высочайшему Указу Императора Николая I. Над проектом строительства здания усердно работал Баварский Архитектор Лео Фон Кленце. При этом, в проект постоянно вносились ценные предложения группой русских зодчих под руководством В.П.Стасова.
Двадцатиколонный Зал, известный под названием Зала Греко-Этрусских Ваз - это один из немногих (всего 60 залов, которые находится в здании Нового Эрмитажа), сохранивших свое первоначальное предназначение, т.е. экспозиция Ваз. Известно, что по воле Короля Людовика I Архитектором Лео Фон Кленце была создана аналогичная Пинакотека (Музей Живописи, 1836 год) в Мюнхене, для которой использовались интерьеры этрусских гробниц. Именно, в 1834 году Король Людовиг I специально прибыл в Рим для того, чтобы закупить кальки, украшенные точными копиями с росписями этрусских интерьеров (гробниц).
В 1838 году Русский Император Николай I, путешествуя по Германии, познакомился с Архитектором Лео Фон Кленце и его творениями: Пинакотекой и Глиптотекой (Музей Скульптуры, 1830 год) в Мюнхене. Музейные здания и размещенные в них коллекции произвели неизгладимое впечатление на Русского Императора Николая I подписал Договор с Архитектором Лео Фон Кленце о создании в России Музейного Хранилища с целью размещения в нем богатейшей императорской коллекции греческой керамики. Именно, Архитектор Лео Фон Кленце назвал впервые Двадцатиколонный Зал - Зал Греко-Этрусских Ваз.
Зал, прямоугольное помещение, решенный в виде Античного Храма с двумя рядами Колонн, разделен на 3 пролета. В архитектуре Зала колонны являются главным тектоническим элементом. Установлены они были мастером-гранитчиком С.Молчановым. Архитектор В.П. Стасов писал: «серого цвета колонны из гранита, называемого Сердобольским, имеют перед обыкновенным белым мрамором преимущества: такового цвета граниты нигде ныне не находятся кроме России. Колонны белого цвета при сильном свете будут бесцветными и будут иметь вид призраков». Архитектор Лео Фон Кленце учел замечания и внес в проект дополнения (предложения), сделанные В.П.Стасовым. Архитектор В.П.Стасов настойчиво предлагал для отделки Зала использовать только отечественные материалы – сибирские мраморы и Карельский гранит. Гранит использованы местный – Сердобольский, серый гранит, а мрамор все-таки привозили из Италии.
Стены, фриз и кессонированный потолок в Зале покрыты живописью, исполненной Ф.Вундерлихом в духе росписи Античной керамики, сюжетные композиции были разработаны в древнегреческом стиле на стенах художником И.М.Шамшиным. Несмотря на светлые стены, зал выглядел мрачным, что подчеркивалось односторонним светом, глубокими амбразурами окон и темно-серым цветом колонн.
Единственный мозаичный пол для этого Зала с акантовым арнаментом и меандром был изготовлен на Петергофской Гранильной Фабрике.
По первоначальному Плану Архитектор Лео Фон Кленце хотел использовать для росписи стен те самые копии этрусских гробниц, которые украшали Пинакотеку в Мюнхене. До настоящего времени сохранились только 2 сюжета из проекта, в которых можно узнать сцены из двух этрусских гробниц – Дель Морто (Del Morto) и Дель Треклинио (Del Treclinio). В 40х годах XIХ века были расшифрованы все 12 композиций, размещенные на стенах – это перепись (список) известных античных ваз из Европейских коллекций и соотвествующих им настенных панно в Зале.
Например, прототип панно «Апполон и Кассандра» хранится в Неаполе. Первое панно (расположенное слева над входом в Помпеянский зал) – это сюжет «на амфоре из Нолы, которая находится в Британском музеи». Второе панно, справа от входа в Помпеянский Зал «Победитель состязаний получает приз» - это «великолепный кратер (сосуд для вина, грец.), который хранится в коллекци и Казучини. Краснофигурая Гидрия, которая послужила образцом для панно «Аполлон, Артемида и Латона», хранится в Париже. И, наконец, панно, о котором сказано: «Сюжет заимствован с желтофигурной вазы из первой коллекции Гамильтона» (панно «Аполлон, Марсий, Минерва и Фемида») и т.д.
Римский Поэт Овидий в поэме «Метаморфози» (8 г.н.э.) писал:
«И чтобы славы о том не разрушило время, старея...» Именно, реставраторы борются со временем, которое разрушает памятники (шедевры) искусства, ибо они, старея, требуют постоянного бережного ухода за данными произведениями искусств.
В заключение хочется записать:
Истинные покровители и ценители древне-греческого, римского и этрусского искусств, итальянская конфиндустрия, искусствоведческий коллектив «Эрмитажа», реставрационная фирма «Возрождение Петербурга» стараются бережно сохранить память об истории Двадцатиколонного Зала. Конфидирация Итальянский промышленников внесла конкретную финансовую помощь в реализацию проекта реставрации Зала. Все это необходимо для того, чтобы была возможность любоваться шедеврами живописи, скульптуры и архитектуры вообще и произведениями греко-этрусского искусства, в частности, хранящимися в Эрмитаже. Обновление коллекций и реставрационные работы – это постоянно действующий рабочий процесс в стенах Эрмитажа.
Лариса Коста Белобржецкая.
Профессор, к.х.н.
Санкт-Петербург, Россия. |
Тридцать пять работ живописи и графики, от 1970 года до 2004. Впервые в Русском музее представлена ретроспективная выставка художницы, работы которой ранее экспонировались на выставке “Абстракция в России. ХХ век”. Валентина Петровна Поварова - художник того поколения, которое в 1960 - 1970-е годы приняло эстафету русского авангарда. Получив академическое профессиональное образование, она заново начинает осваивать язык изобразительного искусства в мастерской П.Кондратьева, ученика К.Малевича, и П.Филонова. Знакомство с принципами кубизма, супрематизма, совместные размышления над проблемами современного пластического пространства привели художницу на путь создания собственной картины мира. Поварова - художник-философ, художник-аналитик. Названия ее работ “Космология”, “
Энергия”, “Однозначность”, “Единение”, “Структура”, “Покой”, “Кристалл” показывают, что она ищет внутреннее, а не внешнее соответствия действительности. Для нее важен не только окружающий земной мир, но и все мироздание полностью. В ХХ веке земля стала тесной для человечества, и художественная мысль вслед за наукой устремляется в космическое пространство. Легко заметить прямых предшественников художницы: К.Малевич и П.Мондриан, М.Матюшин и Р.Делоне, П.Филонов и П.Клее. Поварова устанавливает особые связи с природой - она не отражает, а исследует мир изнутри, ищет его структуру, логику связей и сцеплений основных пластических форм. Предмет творчества художницы - это материя и энергия. 
использует сдержанный и ограниченный колорит: темные, порой глухие коричневые, зеленые, синие оттенки. Приглушенный колорит помогает работать с формой, исследовать ее, найти изобразительные знаки. Художница считает, что абстракция и реализм не антагонисты, но связать их способно только настоящее искусство. “Кристаллизация” мира проявляется в преломленных и трансформированных отражениях в стеклах окон (“Окно”), в многократно умноженных гранях стакана (“Стакан”). Из этих фрагментов рождается понимание подвижной структуры. В полотнах следующего десятилетия Поварова как будто расщепила ядро живописи, выпустив на свободу цвет, энергию цвета. Она уловила и по-своему претворила полет беспредметных форм Малевича, “космические формы с магнитными взаимосвязями”. Прочность этих внутренних связей не дает частицам хаотично плавать в пространстве холста, они тяготеют друг к другу. Особая роль цвета в ее работах обращает нас к духовной мощи древнерусского искусства.